Воспоминание о Даллапикколе (Клементи)

E Luigi Dallapiccola

Альдо Клементи — Воспоминание о Даллапикколе. Опубликовано в сборнике In ricordo di Luigi Dallapiccola, Numero speciale del "Notiziario" delle Edizione Suvini Zerboni, 1975. Перевод с итальянского Светланы Стекловой (2012).

Альдо Клементи — Воспоминание о Даллапикколе

Ушла большая фигура, и мы тут же беремся превозносить ее, писать о произведениях композитора, вспоминать его отдельные черты. В первом есть что-то от первобытного: непонятно, что нового привносит телесная смерть в оценку остающегося с нами духовного; второе всегда заканчивается беззастенчивой рефлексией другого композитора, хоть и начинаясь разнящимися в деталях, но по сути типичными панегириками, исходящими из того общего, что с умершим пишущего музыкально связывало, но неизбежно приходящими к тому, что в итоге автором пишется текст о себе самом; что касается последнего, в данном случае, какой смысл подчеркивать те его стороны, которые еще столь живы? (прежде всего его едкий юмор, высокий гуманизм, которым он любил блеснуть; старомодность манер…)

Самым уместным будет искать со всей естественностью Даллапикколу внутри нас самих, точно как мы бы сделали это до его кончины, дав себе волю выговорить те немногие существенные вещи, которые бы доставили радость и ему самому, как минимум оттого, что сказаны нами композиторами, безнадежными эгоистами, уже задыхающимися от исполинских и запутанных проблем, среди которых воздействие такого лица, как Даллапиккола, было обречено оставаться приглушенным, подпольным, но, как и звуки, которые находятся за пределами слышимого спектра, все равно успешно проникало через нашу рафинированную нервную систему.

Мы всегда предпочитали его миниатюры величественным построениям, мельчайшие детали грандиозной структуре, Поэзию – «не-поэзии», «прозе»; всегда ценя образцовую точность нотации, где каждая нота – кирпичик, жизненно необходимый для возведения всей фигуры (серия у него никогда не была декоративной обивкой, являясь настоящим двигателем себя самой).

Когда думаешь о нем, на память приходят легкая пульсация нескольких нот, «проекты» мелодических линий, незаконченные наброски, удивительно дельные советы; «Ронсеваль», «Два этюда», «Нотная тетрадь [Анналиберы]», «[Четыре стихотворения] Мачадо», «[Песни на стихи] Гете», самые интроспективные части из циклов греческой лирики… Все это, а также высшая степень совершенства его мастерства – тот Даллапиккола, который останется в сердце.